Роберт Рождественский
ЧЕЛОВЕК
Пугали богами.
А он говорил:
"Враки!"
Твердили:
"Держи себя в рамках..."
А он посмеивался.
И в небо глядел.
И шел по земле.
И осмеливался!
И рушились рамки!
И вновь воздвигались
рамки...
"Держи себя в рамках..."
А он отвечал дерзко!
"Держи себя в рамках..."
А он презирал страхи.
А он смеялся!
Ему было в рамках
тесно.
Во всех.
Даже в траурной
рамке.
* * *
А.Киреевой
Я, как блиндаж партизанский,
травою пророс.
Но, оглянувшись,
очень отчетливо вижу:
падают мальчики, запнувшись за мину,
как за порог,
наткнувшись на очередь,
будто на ленточку финиша.
Падают мальчики,
руки раскинув просторно,
на чернозем, от безделья и крови жирный.
Падают мальчики,
на мягких ладонях которых -
такие прекрасные,
такие длинные линии жизни.
* * *
Д.С.Лихачеву
Раскачивается вагон.
Длинный тоннель метро.
Читающий пассажир выклевывает по слову...
Мы пишем на злобу дня
и - на его добро.
Но больше, правда, - на злобу,
на злобу,
на злобу!..
Живем, озираясь вокруг.
Живем, друзей хороня.
Едем, не зная судьбы, и страшно проехать мимо.
Длинный тоннель метро.
Привычная злоба дня...
Ненависть проще любви.
Ненависть объяснима
* * *
Волга-река. И совсем по-домашнему: Истра-река.
Только что было поле с ромашками...
Быстро-то как!..
Радуют не журавли в небесах, а синицы в руках...
Быстро-то как!
Да за что ж это, Господи?!
Быстро-то как....
Только что, вроде, с судьбой расплатился, -
снова в долгах!
Вечер
в озябшую ночь превратился.
Быстро-то как...
Я озираюсь. Кого-то упрашиваю,
как на торгах...
Молча подходит Это.
Нестрашное...
Быстро-то как...
Может быть, может быть, что-то успею я
в самых последних строках!..
Быстро-то как!
Быстро-то как...
Быстро...
